Научно-практический медицинский рецензируемый журналISSN 1727-2378 (Print)         ISSN 2713-2994 (Online)
Ru
En

Динамика лабораторных показателей у детей с легкой персистирующей бронхиальной астмой

DOI:10.31550/1727-2378-2020-19-10-48-51
Для цитирования: Фёдоров И.А., Рыбакова О.Г. Динамика лабораторных показателей у детей с легкой персистирующей бронхиальной астмой. Доктор.Ру. 2020; 19(10): 48–51. DOI: 10.31550/1727-2378-2020-19-10-48-51
30 ноября 00:00

Цель исследования: проследить динамику лабораторных показателей у детей с легкой персистирующей бронхиальной астмой (БА) в разные периоды заболевания на фоне базисной терапии и без нее.

Дизайн: проспективное когортное исследование.

Материалы и методы. В исследование включены 42 пациента с легкой персистирующей БА в возрасте от 5 до 16 лет. Каждый ребенок наблюдался в течение 3 лет. В начале исследования и при каждом обращении у всех больных определяли уровни эозинофилов общего анализа крови (ОАК), назального секрета (НС) и индуцированной мокроты (ИМ), а также эозинофильного катионного протеина (ЭКП) в сыворотке крови, исследовали функцию внешнего дыхания. Все дети периодически получали базисную терапию низкими дозами ингаляционных глюкокортикостероидов (ГКС), 18 детей дополнительно получали аллерген-специфическую иммунотерапию (АСИТ).

Результаты. Лечение ингаляционными ГКС при обострении БА способствовало нормализации содержания эозинофилов мокроты, НС и ОАК. В период ремиссии БА отмечалось повышение уровней эозинофилов НС и ИМ, хотя симптомы ринита и БА пациентов не беспокоили. Уровень эозинофилов ИМ при этом был выше, чем в период контроля БА (р = 0,05), и ниже, чем во время обострения (р < 0,05). В нашем исследовании не выявлены отличия в лабораторных показателях у детей, получавших и не получавших АСИТ, на фоне терапии низкими дозами ингаляционных и назальных ГКС.

Заключение. Эозинофильный воспалительный фенотип у пациентов не менялся в зависимости от стажа заболевания и курсов контролирующей терапии. Количество эозинофилов ИМ, на фоне которого происходило обострение БА, по данным исследования, составило 8,0% [3,0–16,0%]. Этот показатель можно использовать как дополнительный предиктор необходимости увеличения объема терапии (переход на ступень вверх). Вне зависимости от периода заболевания и получаемой терапии наблюдались корреляции между уровнями эозинофилов крови и ИМ и между концентрациями эозинофилов ИМ и ЭКП в крови.

Вклад авторов: Фёдоров И.А. — планирование, разработка дизайна исследования, утверждение рукописи для публикации; Рыбакова О.Г. — обследование пациентов, сбор первичного материала для рукописи, анализ полученной информации, статистическая обработка данных, написание текста рукописи.

Конфликт интересов: авторы заявляют об отсутствии возможных конфликтов интересов.

Фёдоров Игорь Анатольевич (автор для переписки) — д. м. н., доцент, заведующий кафедрой факультетской педиатрии имени Н.С. Тюриной ФГБОУ ВО ЮУГМУ Минздрава России. 454092, Россия, г. Челябинск, ул. Воровского, д. 64. eLIBRARY.RU SPIN: 4305-6948. E-mail: ifedorov@mail.ru

Рыбакова Ольга Геннадьевна — к. м. н., ассистент кафедры пропедевтики детских болезней и педиатрии ФГБОУ ВО ЮУГМУ Минздрава России. 454092, Россия, г. Челябинск, ул. Воровского, д. 64. eLIBRARY.RU SPIN: 1334-6396. E-mail: gallo53@mail.ru

Доктор.ру

ВВЕДЕНИЕ

Прошло больше 20 лет с того времени, как в России был внедрен метод индуцированной мокроты (ИМ) для оценки интенсивности воспаления дыхательный путей у взрослых пациентов, и более 10 лет с тех пор, как в практику врачей-аллергологов г. Челябинска внедрили метод ИМ и анализа цитологии ИМ для диагностики и мониторирования бронхиальной астмы (БА) у детей [1-3].

Ценность данной методики заключается в том, что она позволяет более достоверно и неинвазивно провести раннюю диагностику БА у детей раннего возраста, а также оценить эффективность проводимой базисной терапии [1]. Благодаря анализу цитологии ИМ стало возможным определить воспалительный фенотип на уровне слизистой оболочки бронхов [3-6].

У врачей появилась возможность получать цитологическую картину воспалительных изменений на уровне слизистой оболочки бронхов и наблюдать, как она меняется в разные периоды течения БА на фоне базисной терапии и без нее [4, 7].

Цель исследования: проследить динамику лабораторных показателей у детей с легкой персистирующей БА в разные периоды заболевания на фоне базисной терапии и без нее.

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ

В проспективном когортном исследовании приняли участие 42 пациента с легкой персистирующей БА в возрасте от 5 до 16 лет: 28 мальчиков, 14 девочек. Исследование проводилось на базе детского аллергологического отделения МАУЗ ОТКЗ «Городская клиническая больница № 1» (г. Челябинск) с 2014 по 2019 г. Набор детей и последующее наблюдение осуществлялись в течение 5 лет, каждый ребенок наблюдался в течение 3 лет. Все дети состояли на диспансерном учете у врача-аллерголога в поликлинике, приходили на контрольные осмотры в декретированные сроки и при обострении.

В начале исследования и при каждом обращении у всех участников определяли содержание эозинофилов общего анализа крови (ОАК), назального секрета (НС) и ИМ, эозинофильного катионного протеина сыворотки крови (ЭКП), референсные значения которого в 0–12 лет — 0–10 нг/мл, более 12 лет — 0–24 нг/мл; исследовали ФВД и показатель ОФВ1.

Диагностически значимым считалось количество эозинофилов в НС ≥ 5%, в ИМ ≥ 2,5% [3].

В начале исследования также измеряли концентрации общего IgE (референсные значения с 1 года до 6 лет — 0–60 МЕ/мл, с 6 до 10 лет — 0–90 МЕ/мл, с 10 до 16 лет — 0–200 МЕ/мл) и специфических IgE. При постановке диагноза детям назначалась базисная терапия низкими дозами ингаляционных и назальных ГКС. На 1-м году наблюдения 18 детям, помимо базисной терапии, была назначена аллерген-специфическая иммунотерапия (АСИТ) причинно-значимым аллергеном.

Период исследования разделен нами на нижеследующие этапы, которые подверглись анализу.

Этап I (начало исследования) — у детей впервые выставлен диагноз БА легкого персистирующего течения: на момент обследования есть симптомы БА (обострение), базисную терапию они не получают.

Этап II (1-й год наблюдения) — на момент осмотра базисную терапию дети получают, симптомов БА нет (БА контролируемая).

Этап III (2-й год наблюдения) — на момент осмотра базисную терапию не получают, симптомов БА нет (период ремиссии БА).

Этап IV (3-й год наблюдения) — на момент осмотра зафиксировано обострение БА, базисную терапию дети не получают.

Этап V (3-й год наблюдения) — на момент осмотра симптомов БА нет, базисную терапию получают (БА контролируемая).

Статистический анализ полученных результатов проводился при помощи пакетов статистических программ Statistica 6.0. Для описания количественных признаков в выборке рассчитывались медиана и интерквартильный размах (Me; 25–75%).

Для сравнительного анализа данных при отличном от нормального распределении количественных признаков использовался непараметрический тест с критерием Вилкоксона. Оценку различий между группами по качественным признакам проводили с применением критерия χ2 и точного критерия Фишера.

Связь признаков исследовали с помощью вычисления коэффициента ранговой корреляции Спирмена. Статистически значимыми считались различия при p < 0,05.

РЕЗУЛЬТАТЫ И ОБСУЖДЕНИЕ

Наследственность по аллергическим заболеваниям была отягощена у 31 (73,8%) ребенка. Атопический дерматит диагностирован у 24 (57,1%) детей, сопутствующий аллергический ринит — у 100% пациентов. Растительная сенсибилизация была выявлена у 34 (80,9%), бытовая — у 31 (73,8%), эпидермальная — у 29 (69,0%), пищевая — у 27 (64,3%), грибковая — у 15 (35,7%), поливалентная — у 30 (71,4%) детей.

У всех обследованных детей определялся эозинофильный воспалительный фенотип. Динамика полученных лабораторных показателей представлена в таблице.

Таблица

Лабораторные показатели обследованных детей в зависимости от клинической ситуации, %, Ме [25; 75]

t9_1.jpg

* Отличия от этапа I статистически значимы (р < 0,05).

** Отличия от этапа IV статистически значимы (р < 0,05).

*** Отличие от этапа II статистически значимо (р = 0,05).

Этап I (начало исследования). Как видно из таблицы, количество эозинофилов НС и ИМ у детей было выше референсных значений [3], причем повышенный уровень эозинофилов НС имели 35 (83,3%), а эозинофилов ИМ — 36 (85,7%) человек. У 20 (47,6%) пациентов было увеличено содержание эозинофилов в ОАК.

Выявленные изменения вполне закономерны, так как у пациентов с БА преобладает эозинофильный фенотип [8-10]. При анализе иммунологических показателей обнаружено, что уровень ЭКП повышен у 38 (90,5%), уровень общего IgE — у 33 (78,6%) больных.

При исследовании ФВД ОФВ1 был снижен только у 6 (14,3%) пациентов. По данным других исследователей, показатели ФВД у детей с БА часто бывают в пределах возрастной нормы, особенно при легком или контролируемом течении [11, 12].

Этап II (БА контролируемая). Как видно из таблицы, уровни эозинофилов ИМ, НС и ОАК статистически значимо снизились по сравнению с таковыми на этапе I и достигли референсных значений. Уменьшение ОФВ1 наблюдалось у 1 (2,4%) ребенка. Положительная динамика показателей может быть объяснена действием препаратов базисной терапии — ингаляционных ГКС.

Этап III (период ремиссии БА). У детей в период ремиссии БА показатели эозинофилов ИМ и НС превышали норму, количество эозинофилов ИМ стало выше, чем на фоне базисной терапии (этап II) (р = 0,05) (см. табл.). У 3 (7,1%) детей отмечалось снижение ОФВ1. Концентрация ЭКП была увеличена у 14 (33,3%) детей (рI–III < 0,05).

Этап IV (3-й год наблюдения, обострение БА). Уровни эозинофилов ИМ, НС, ОАК существенно повысились по сравнению с таковыми на фоне контролируемого течения БА (этап II) и ремиссии БА (этап III), они стали сопоставимыми со значениями этапа I. У 22 (52,4%) детей зафиксирован рост концентрации ЭКП (рIII–IV < 0,05), у 6 (14,3%) — уменьшение ОФВ1.

Этап V (3-й год наблюдения, контролируемая БА). Уровни эозинофилов ИМ, НС и ОАК находились в пределах референсных значений. Повышение содержания ЭКП отмечено у 14 (33,3%) пациентов, снижение ОФВ1 — у 4 (9,5%).

На 1-м году наблюдения 18 детям была назначена АСИТ причинно-значимым аллергеном, соответственно, 24 ребенка АСИТ не получали. У нас появилась возможность определить, влияет ли сопутствующая АСИТ на лабораторные показатели пациентов.

Среди получавших базисную терапию и терапию АСИТ на фоне контролируемого течения БА детей с повышенным уровнем эозинофилов ИМ было 7 (38,9%), НС — 6 (33,3%), ОАК — 3 (16,7%), среди детей без АСИТ — 10 (41,7%), 13 (54,2%) и 4 (16,7%) соответственно. На фоне контролируемого течения БА у детей с и без АСИТ полученные данные были сопоставимыми (р > 0,05) [13].

В периоде ремиссии детей, получавших АСИТ (n = 18), с повышенным уровнем эозинофилов ИМ было 7 (38,9%), НС — 12 (66,7%), ОАК — 2 (11,1%); без АСИТ (n = 24) — 9 (37,5%) и 13 (54,2%) соответственно, увеличение количества эозинофилов ОАК отсутствовало (во всех случаях р > 0,05).

Во время обострения БА в группе АСИТ было 16 (88,9%) детей с повышенным уровнем эозинофилов ИМ, НС — 16 (88,9%), ОАК — 10 (55,6%); в группе детей без АСИТ — 20 (83,3%), 19 (79,2%), 6 (25,0%) соответственно. Таким образом, в нашем исследовании не выявлены отличия в лабораторных показателях у детей, получавших и не получавших АСИТ, на фоне терапии низкими дозами ингаляционных и назальных ГКС.

Далее нами проанализирован уровень эозинофилов ИМ, на фоне которого появлялись симптомы БА, он составил 8,0% [3,0–16,0%]. По данным иностранных исследователей, сам по себе эозинофильный фенотип является более значительным фактором риска обострения БА, чем остальные фенотипы [5, 14]. У пациентов с эозинофильным воспалительным фенотипом обострения в течение года случаются чаще, чем у больных с нейтрофильным фенотипом [14]. Мы предлагаем при уровне эозинофилов ИМ 8,0% [3,0–16,0%] в зависимости от клинической ситуации либо повышать ступень базисной терапии, если ребенок ее получал, либо возобновлять базисную терапию, если в этот момент был перерыв.

Нами также проведен корреляционный анализ изучаемых показателей, по результатам которого вне зависимости от периода заболевания имеется слабая положительная корреляционная связь (r = 0,28, р < 0,05) между уровнем эозинофилов крови и ИМ и умеренной силы положительная корреляционная связь (r = 0,32, р < 0,05) между концентрациями эозинофилов мокроты и ЭКП крови, что не противоречит данным других исследователей [6].

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

По результатам нашего исследования, количественно эозинофильный воспалительный фенотип у пациентов не менялся в зависимости от стажа заболевания и проведенных курсов базисной терапии ингаляционными и назальными ГКС и аллерген-специфической иммунотерапии (АСИТ), что вызывает вопросы у многих исследователей, занимающихся детской астмой [7, 15]. Это нехарактерно для взрослых пациентов, у которых воспалительный фенотип может меняться в зависимости от стажа заболевания, частоты обострений и курения [5].

Терапия ингаляционными и назальными ГКС на фоне обострения бронхиальной астмы (БА) способствовала нормализации количества эозинофилов индуцированной мокроты (ИМ) и назального секрета (НС).

У детей в период ремиссии БА отмечалось повышение содержания эозинофилов НС и ИМ, хотя симптомы ринита и БА пациентов не беспокоили.

Не выявлены отличия в лабораторных показателях у детей, получающих и не получающих АСИТ.

Уровень эозинофилов ИМ, на фоне которого происходило обострение БА, составил 8,0% [3,0–16,0%]. Этот показатель можно использовать как дополнительный предиктор необходимости увеличения объема терапии (переход на ступень вверх).

Поступила: 02.07.2020

Принята к публикации: 23.09.2020


30 ноября 00:00
ЛИТЕРАТУРА
  1. Жаков Я.И., Рыбакова О.Г., Куличков В.И. и др. Способ диагностики бронхиальной астмы у детей раннего возраста с использованием данных цитологии индуцированной мокроты: патент 2407451 РФ № 2009117008. Заявление 04.05.2009; опубликовано 27.12.2010. Бюлл. № 36. 14 с. [Zhakov Ya.I., Rybakova O.G., Kulichkov V.I. et al. Diagnosis of bronchial asthma in infants using induced sputum cytology: patent 2407451 RF No. 2009117008. Application dated 04/05/2009; published on 27/12/2010. Newsletter No. 36. 14 p. (in Russian)]
  2. Мизерницкий Ю.Л., Жаков Я.И., Минина Е.Е. и др. Уровень метаболитов оксида азота в индуцированной мокроте: сравнительная характеристика у детей с рецидивирующим обструктивным бронхитом и бронхиальной астмой. Российский иммунологический журнал. 2008; 1: 179–80. Приложение 1: Труды Национальной конференции «Аллергология и клиническая иммунология — междисциплинарные проблемы». [Mizernitskiy Yu.L., Zhakov Ya.I., Minina E.E. et al. Nitrogen oxide metabolite levels in induced sputum: comparison in children with recurrent obstructive bronchitis and bronchial asthma. Russian Journal of Immunology. 2008; 1: 179–80. Supple 1: Proceedings of the National conference “Allergology and clinical immunology: interdisciplinary problems”. (in Russian)]
  3. Фёдоров И.А., Рыбакова О.Г., Степанов О.Г. Диагностика бронхиальной астмы у детей, перенесших эпизоды острого обструктивного бронхита в дошкольном возрасте, по результатам десятилетнего наблюдения. Человек. Спорт. Медицина. 2017; 17(1): 28–35. [Fedorov I.A., Rybakova O.G., Stepanov O.G. Diagnosed bronchial asthma in children with known episodes of acute bronchitis at an early age: evidence based on ten years of experience. Human. Sport. Medicine. 2017; 17(1): 28–35. (in Russian)]. DOI: 10.14529/hsm170103
  4. Gao W., Han G.J., Zhu Y.J. et al. Clinical characteristics and biomarkers analysis of asthma inflammatory phenotypes. Biomarkers in Medicine. 2020; 14(3): 211–22. DOI: 10.2217/bmm-2019-0487
  5. Suárez-Cuartín G., Crespo A., Mateus E. et al. Variability in asthma inflammatory phenotype in induced sputum. Frequency and causes. Arch. Bronconeumol. 2016; 52(2): 76–81. DOI: 10.1016/j.arbres.2015.03.007
  6. Hilvering B., Vijverberg S.J.H., Jansen J. et al. Diagnosing eosinophilic asthma using a multivariate prediction model based on blood granulocyte responsiveness. Allergy. 2017; 72(8): 1202–11. DOI: 10.1111/all.13117
  7. Green R.H., Pavord I. Stability of inflammatory phenotypes in asthma. Thorax. 2012; 67(8): 665–7. DOI: 10.1136/thoraxjnl-2012-201657
  8. Henderson A.J. Childhood asthma phenotypes. Breathe. 2014; 10(2): 101–8. DOI: 10.1183/20734735.014613
  9. Асирян Е.Г., Титова Н.Д. Характеристика эозинофильного фенотипа бронхиальной астмы у детей. Иммунопатология, аллергология, инфектология. 2017; 1: 52–7. [Asiryan E.G., Titova N.D. Characteristic of the eosinophilic phenotype of bronchial asthma in children. Immunopathology, Allergology, Infectology. 2017; 1: 52–7. (in Russian)]. DOI: 10.14427/jipai.2017.1.52
  10. Li H.W., Lin J.T., Nong Y. et al. Distribution of airway inflammation phenotype in patients with bronchial asthma and its correlation with control level. Zhonghua Yixeuehui Zazhishe. 2019; 99(22): 1692–7. DOI: 10.3760/cma.j.issn.0376-2491.2019.22.002
  11. Pijnenburg M.W., Baraldi E., Brand P.L.P. et al. Monitoring asthma in children. Eur. Respir. J. 2015; 45(4): 906–25. DOI: 10.1183/09031936.00088814
  12. Korten I., Zacharasiewicz A., Bittkowski N. et al. Asthma control in children: body plethysmography in addition to spirometry. Pediatr. Pulmonol. 2019; 54(8): 1141–8. DOI: 10.1002/ppul.24320
  13. Мухаметзянова В.Г., Рыбакова О.Г. Опыт применения сублингвальной вакцины «Сталораль» у детей. Российский иммунологический журнал. 2017; 11(20–4): 731–3. [Mukhametzyanova V.G., Rybakova O.G. Experience in use of sublingual vaccine “Staloral” in children. Russian Journal of Immunology. 2017; 11(20–4): 731–3. (in Russian)]
  14. Walsh C.J., Zaihra T., Benedetti A. et al. Exacerbation risk in severe asthma is stratified by inflammatory phenotype using longitudinal measures of sputum eosinophils. Clin. Exp. Allergy. 2016; 46(10): 1291–302. DOI: 10.1111/cea.12762
  15. Fleming L., Tsartsali L., Wilson N. et al. Sputum inflammatory phenotypes are not stable in children with asthma. Thorax. 2012; 67(8): 675–81. DOI: 10.1136/thoraxjnl-2011-201064

Новости

17 мая 10:04
Конгресс «Право на жизнь»

19–20 мая очно с онлайн-трансляцией пройдет конгресс «Право на жизнь» под руководством члена редакционного совета и постоянного автора журнала «Доктор.Ру» академика РАН Сухих Геннадия Тихоновича, директора ФГБУ «НМИЦ АГП им. В.И. Кулакова» Минздрава России

4 мая 10:02
Опубликован новый выпуск «Доктор.Ру» Терапия. Том 21, № 2 (2022)

Читайте оригинальные статьи и обзоры, охватывающие различные аспекты гастроэнтерологии, терапии, ревматологии, эндокринологии и специальный раздел о последипломном образовании, а также интервью с членом-корреспондентом РАН, профессором РАН, ректором Российской медицинской академии непрерывного профессионального образования Сычёвым Дмитрием Алексеевичем

22 апреля 18:05
Питание здорового и больного ребенка

Автор журнала «Доктор.Ру» Ипатова Мария Георгиевна, к. м. н., руководитель Центра лечения аномалий развития и заболеваний гепатобилиарной системы у детей, примет участие в круглом столе, посвященном острым вирусным инфекциям у детей, который пройдет 14 мая в 11:00 (мск)

22 апреля 18:04
Возможности эстетической гинекологии

Несколько вебинаров, посвященных эстетической гинекологии, пройдут 29 апреля, 11 и 23 мая под руководством постоянного автора журнала «Доктор.Ру» Сотниковой Ларисы Степановны, д. м. н., доцента, профессора кафедры акушерства и гинекологии ФГБОУ ВО СибГМУ Минздрава России

22 апреля 18:02
Аллергические заболевания

Приглашаем на вебинары члена редакционного совета журнала «Доктор.Ру» Ревякиной Веры Афанасьевны, д. м. н., профессора, заведующей отделением аллергологии ФГБУН «ФИЦ питания, биотехнологии и безопасности пищи», которые состоятся 27 апреля и 18 мая

Все новости

Партнеры